Адрес: 630024, г. Новосибирск, ул. Спокойствия, 120

Почтовый адрес: 630024, г. Новосибирск, а/я 99228

Контактные телефоны: Приёмная: +7 (383) 035 86 10

Отдел продаж: +7 (383) 035 86 00, 035 86 06, 335 86 20

Бухгалтерия: +7 (383) 035 86 21

Отдел снабжения, логистики и ВЭД: +7 (383) 035 86 01, 035 86 16

Факс: +7 (383) 035 86 10, 035 86 00

e-mail: benotech@benotech.ru

04.05.2014 18:00

Закупки реактивов для экспериментов химические факультеты

Оцените материал
(0 голосов)

О сокращениях на биофаке МГУ и реформе РАН рассказывает декан биофака МГУ, конкретные примеры, с которыми к нам обращались сотрудники биофака, имеющие грант. У них были запланированы разные поездки и конференции, закупки реактивов для экспериментов. МГУ наводит порядок, чтобы не повторить судьбу РАН

О сокращениях на своем факультете, о чем написали авторы открытого письма. Насколько информация, которая приводится в нем, соответствует действительности? — Если говорить об предложениях и просьбах авторов письма, то со многими вещами можно согласиться.

Но ни один из фактов, которые они излагают о ситуации в МГУ по крайней мере на биофаке, не соответствует действительности. Ни один! По любому вопросу — по научному, по образовательному, по экономическому или по любому житейскому — всегда валимся либо вправо, либо влево, а ходить посерединке мы до сих пор не научились. Я не вижу ничего плохого, если во всем спектре от левых взглядов до правых появляются разные точки зрения.

Говорим о каких-то фактических вещах, то надо пользоваться достоверным материалом. Это относится и к авторам письма, и к тем журналистам, которые дают информацию.

Дорожить репутацией, подготовить справку. Факт не имеет места. Ни образование, ни наука не являются замкнутой системой, это часть всего того, что происходит в стране. Позиция оставить все как есть достаточно сложно, ситуация должна меняться.

Нужно стать успешными, вопрос в том, каким образом меняться. Что касается сокращений а об этом неоднократно было сказано и на университетской площадке в целом, и на факультетской, на площадке Ученого совета, я специально с молодежью встречался по этому поводу: это не наш путь. У нас есть много других способов адаптироваться к тем внешним условиям, которые в настоящее время есть. Если этого не делать, то мы окажемся в сегодняшнем положении Академии наук, которая решала задачу сохранения статус-кво двадцать лет: к чему это привело, вы знаете.

Оптимизация издержекНеобходимо понять, можем говорить по крайней мере о двух путях решения этого вопроса. Это самый простой путь — сокращение, от которого и университет публично отказался, и факультет. Это самый простой путь, который не требует большого ума, и его последствия понятны. Это гибельно и для образовательного процесса, и для науки, и в социальном отношении это не создаст той обстановки, когда мы сможем нормально жить и работать. Второй путь — это оптимизация денежных потоков, которые приходят на факультет. Вот здесь резервы есть. Приведу лишь пару примеров. Например, выигрывается лот или грант на биологический факультет, и выясняется, что во временном трудовом коллективе, который создается под выполнение этих работ, не больше 50 процентов сотрудников факультета. А все остальные — приглашенные люди из других организаций.

Нет никаких юридических проблем, тут все в норме. Если среди вот этого временного трудового коллектива есть совершенно уникальные сотрудники извне, ты должен мотивировать это, и не будет никаких возражений привлечению их в этот коллектив. Более того, нет и не может быть никаких возражений к привлечению собственной молодежи, которая формально не является нашими сотрудниками, делали, делаем и будем делать. Добрая половина денег, выигранных, в общем, благодаря тому, что заявка шла под флагом МГУ, уходят из МГУ, — это неправильно. Это ведь не единственный вопрос, существует много других вопросов.

Сотрудники Иванов и Петров сидят на основной ставке 100 рублей. Существует свободная ставка, тоже 100 рублей. Распределяем 50 рублей Иванову и 50 рублей — Петрову, чтобы реально каждый из них получал по 150 рублей. Но средняя зарплата — это фонд заработной платы, который мы делим на количество единиц в штатном расписании. Мы на факультете ликвидировали 20 ставок, которые были вообще не заняты. И еще до этих открытых писем я подписал приказ, неиспользуемые ставки ликвидируем, но деньги сохраняются в фонде заработной платы. Теперь, возвращаясь к нашей модели, если бы мы работали по-старому, то получали бы среднюю зарплату 100 рублей.

Неправильно, потому что и Петров, и Иванов получают 150 рублей.

Работаем по новой схеме, то фонд мы делим уже на две ставки и получаем как раз 150 рублей. Нужно просто немножко посмотреть, покрутиться во всей этой ситуации. Я согласен с теми, кто говорит, что последний пример не есть повышение реальной зарплаты. Это не повышение реальной зарплаты. Но это наведение порядка. — Есть конкретные примеры, с которыми к нам обращались сотрудники биофака, имеющие грант. У них были запланированы разные поездки и конференции, закупки реактивов для экспериментов. И тут летом их вызывают руководители кафедры и руководители факультета и говорят: надо добиться такой-то средней цифры по зарплате, и потому нужно, чтобы деньги из твоего гранта по максимуму пошли на зарплату. Были ли такие случаи на биофаке? — Со стороны деканата точно не было. На кафедрах — не знаю. Можно обратиться к конкретным людям, чтобы они раскрыли свою анонимность и привели эти факты.

Это могло быть. Мы проводили не одну встречу, обсуждая эти вопросы, потому что надо было раскачать народ и просто дать понять, что надо что-то менять. Мы пытались донести мысль, что самое страшное — это стагнация. Я очень аккуратен в этих вопросах, поэтому говорю: поручиться, что не было ни одного такого случая, о котором вы говорите, на уровне кафедры я не могу. Возможно, кто-то действительно перестарался. Но в том, что ни на одной встрече в деканате ни я лично не предлагал такого, ни кто другой, я ручаюсь. Кстати, если посмотреть, насколько выросли зарплатные графы в сумме по грантам факультета за последний год, то видно, что речь идет максимум о 7–10 процентов, что совершенно незначительно и, вероятно, связано с изменением состава проектов. Ни о каких качественных сдвигах в сметах речи нет. И, вероятно, подобные мероприятия, о которых вы говорите, носили единичный характер. — Я все же еще спрошу вас про оптимизацию. недавно правительством было подписано постановление об оценке результативности деятельности научных организаций.

Научную организацию будут проверять с целью сделать какие-то выводы: поощрить институт, реорганизовать или даже закрыть.

Оптимизацияценивать будут институты Академии наук. Как вы в целом относитесь к реформе, которую в настоящее время переживает РАН? Двадцать лет у РАН фактически был единственный лозунг — сохранение. За 20 лет страна кардинально поменялась. Это может нравиться, может нет, но страна стала другой. Попытаться сохранить ее небольшую часть в лице РАН в неизменном состоянии — это самоубийство. Окончательное понимание необходимости перемен продемонстрировала и сама академия в начале лета на общем перевыборном собрании. Я понимаю, в каком сложном положении оказалось новое руководство академии.

Кто долгие годы ждали реформы и теперь решили сами реформировать Академию наук. Опять же, не хочу углубляться в настоящее время в причины и способы проведения этих реформ. Но я в начале интервью сказал, что для того, чтобы это не повторилось с высшей школой, надо самим думать о необходимых переменах и шевелиться. Не надо ни под кого подстраиваться. Но надо понимать, куда мы хотим привести высшую школу с ее научной, образовательной, инновационной и социальной компонентам (веществам).

Сидеть и ждать, пока дядя придет и скажет, что надо делать, мы не будем. — Попробую упростить процесс оптимизации. Во многих научных организациях России есть много людей, очень хорошие ученые, которые сделали хорошую работу там лет 30–40 назад, а последние лет 10–20 они почти ничего не делают. При этом они находятся на полных ставках, получают зарплату, каждый день приходят. И есть мнение, что было бы правильно вот таких сотрудников отправить на пенсию, а их деньги передать молодым сотрудникам, которые имеют оклад 15–20 тыс. рублей. Что вы думаете о такой модели оптимизации? На первый взгляд, разумности эксперимента в Академии наук с повышением средней зарплаты до 30 тыс. это было несколько лет назад, я считаю тот проект далеко не безупречным.

Повышение зарплаты во многом происходило за счет сокращения вложений в материальную базу науки. Вы сами человек из науки, и знаете, что у ученого, особенно молодого, есть совершенно разные мотивации. Действительно, одна мотивация — материальная: прокормить себя, семью и так далее. Но даже на 30 тыс. рублей вы никогда не сможете обеспечить сами себя квартирой, например. И тогда эти 30 тыс. рублей можно сравнить с хорошим пособием по безработице. Если вы не покупаете при этом хороших приборов, убираете, наверное, главную мотивацию у хорошего ученого — возможность работать в конкурентных с Западом условиях, на хорошем оборудовании, делать действительно вот ту самую науку, результаты которой печатаются в Nature, Science, PNAS.

Неправильно говорить о молодых ученых как об объекте специальной поддержки. Они действительно нуждаются в специальных мерах, но эти меры лежат в других областях. Они лежат в области специальных конкурсов на научные работы. Почему — понятно, потому что если мы говорим о фундаментальной науке, то главный критерий, по которому можно оценивать научный коллектив и решать, давать ему деньги, или не давать. У молодых своей истории, как правило, еще нет. Если мы специально будем за одну и ту же работу, одного и того же качества, платить молодому одни деньги, а зрелому — другие, я считаю, что это кроме разврата ни к чему не ведет.

Нужно решать проблему жилья для молодых. Нужно, чтобы молодой человек я возвращаюсь здесь к первой оценке по этому эксперименту видел, что его руководитель носит нерваные ботинки и нерваные брюки. А руководитель видел, что заведующий лабораторией, достигнув определенного возраста, может спокойно уйти на пенсию, освободив всю цепочку, и для молодого, и для себя, — карьерную цепочку. То есть задача гораздо более сложная, чем просто дать приличную, на первый взгляд, зарплату. И в самом деле, когда вы говорите о том, что они, так сказать, не работали, тут много всяких причин.

Отъезд сильнейших. Ведь уехало гораздо меньше, чем об этом говорят. Но уехали наиболее активные и во многом лучшие. Человек, который ведет себя как камень, под который вода не течет, — он никуда не поедет, он никому не нужен. А молодой, или так, обобщенно, молодой человек уезжающий — это не просто человек, это пропавшее направление, как правило. А почему он уезжает? Он уезжает главным образом потому, что у него нет условий быть конкурентноспособным в той области, которой он посвятил свою жизнь. Он не может печататься в Nature, потому что хорошую научную работу нельзя сделать на самоваре. И нельзя, как пытались в недалеком прошлом делать это в некоторых странах правда, вовремя отказались, в ночных горшках плавить сталь. Вот то же самое и с научным оборудованием. Поэтому нужно поддерживать всю цепочку.

Задача — гораздо более сложная. Она гораздо менее заметна и политически, с точки зрения пиара, может быть, не так выгодна. Но надо это понимать.

Молодой сотрудник, хороший и грамотный, уехал. Допускаете ли вы возможность, чтобы у него сохранилась аффилиация МГУ, чтобы он, когда подает статью в Nature, вторым номером указывал аффилиацию.

Вопрос сложный, даже самые уважаемые люди оттуда, издалёка, начинают поносить Российскую науку — вот этого я абсолютно не допускаю, и это мне непонятно. Я еще раз скажу, что нужна эдакая петля, цикл с обратной связью, о котором я только что говорил. Вот это нужно, и материальная база нужна. Конечно, зарплата нужна. Одно из звеньев цепочки, не более того. Вот вы задали вопрос о роли пожилых. Может быть, даже в высшей школе она еще более важна, чем в науке, с моей точки зрения. Я действительно считаю, что творческая работа — это не работа директора завода или председателя колхоза, и даже не министра. Если в настоящее время в государстве приняты специальные решения из-за кадрового голода, что даже на государственной службе, то есть в аппарате, разрешено продлевать работу до 70 лет, то при творческой работе возможность ее продолжать не должна быть напрямую связана с возрастом. Кроме того, эти люди — носители традиций, и к ним нужно относиться крайне бережно.

Мы не собес, а Московский университет и должны понимать, что вот люди, которые действительно работают, — они нуждаются и в дополнительной материальной поддержке.

Обсуждение и занятие жесткой позицииАнглия, пожилой человек становится ассоциированным членом того или иного научного коллектива и сохраняет все, кроме зарплаты.Сохраняет возможность завоевывать гранты от имени этой организации, рабочее место, пользование библиотекой и так далее. Я считаю, что для нас это жестковато, именно потому, что у нас пока сложно и с пенсией, и со всеми прочими социальными благами. Но когда инициатива идет снизу, с кафедры, скажем, они просто лучше знают, Иванов в состоянии трудиться на полную ставку или нет, мы в любом случае должны о нем думать, потому что он — носитель традиции, а мы — одна корпорация. Он может быть переведен на полставки, на четверть ставки. Таким образом, это способ освобождения для кафедры мест действительно для молодых сотрудников.

Примеров много, когда это происходит по полному согласию людей, когда они даже сами просят перевести их на полставки. Да, у нас на факультете достаточно пожилых, при этом многие из них ни в чем не уступают более молодым коллегам, и мы их ни в коей мере не убираем. Однако у нас существует негласная договоренность, что если человек достигает 75 лет на посту заведующего кафедрой, то он переходит на профессорскую работу и, как правило, сам предлагает преемника. В этом году у нас, наверное, 3–4 кафедры пройдут через эту процедуру. Одну из кафедр имеет шанс возглавить человек в возрасте около 35 лет, остальные претенденты — в возрасте до 50 лет и это, кстати, тоже демонстрация некоего движения, не болота. Еще одного кандидата мы приглашаем со стороны. Кафедра освобождает возможность некоего набора молодых людей. И, например, у нас на факультете с июля по сентябрь было принято на постоянную работу девять аспИрантов. Это по поводу того, что пошли разговоры о том, что заморожены ставки.

Изменился механизм, и это тоже относится скорее к мерам наведения порядка. Как декану мне не всегда нравится, что приходится в настоящее время писать лишнюю бумагу ректору. Почему эта бумага пишется — потому что официально закрыта автоматическая программа по кадровой линии зачисления людей. Вот я и пишу бумагу, чтобы мне дали формальное разрешение открыть эту программу, чтобы вот этих девять человек зачислить. Вот я девять раз обращался — и не получил ни одного отказа. То, о чем пишут авторы письма, — это некое неудобство, но это не препятствие. Скорее, должен честно сказать, такой порядок заставляет всех более серьезно оценивать кандидатов, которых мы приглашаем на работу. Была реакция на события, выступив с заявлением, которое, в частности, было опубликовано на сайте МГУ. Он там сказал, что в октябре средняя зарплата научного сотрудника составила 60,7 тыс. рублей, а профессорско-преподавательского состава — 79,4 тыс. рублей.

Указ перевыполнен, заявления в очередной раз вызвали вопросы у простых научных сотрудников с зарплатами сильно ниже этих значений… Зарплата в течение года может сильно меняться в силу того, что гранты приходят неравномерно, в основном во второй половине года, премирование осуществляется два раза и так далее. У нас на факультете средняя за год зарплата в совокупности научные сотрудники и профессорско-преподавательский состав — не формальный оклад! — составит сумму в р-оне 55 тыс. рублей. Вот какой комментарий я хотел бы здесь сделать.

Оставьте свой комментарий

Последние новости

Лаборатории химии, академии, институты и…

К катастрофам мы привыкли, как же может Российский ученый конкурировать с зарубежными коллегами, если он не имеет возможности оперативно закупить ни отечественные, ни импортные реа...

Передвижная исследовательская лаборатори…

Охрана труда не приносит результатов, в рамках реализации программы также планируются создание и аккредитация исследовательской лаборатории министерства труда и социального развити...

Учебно-лабораторное оборудование для каб…

Учебно-лабораторное оборудование для кабинета химии, лабораторное оборудование для кабинета химии, в бийский лицей-интернат привезли учебно-лабораторное оборудование для кабинета х...

Химические реактивы для обработки, лабор…

Белгородские журналисты побывали в уникальном музее природы Белогорья Просто жалко времени — это не коллекции колокольчиков, эти экспонаты нужно обрабатывать, им химические реактив...

Оборудование

Технология производства железо…

Технология производства железобетонных изделий и конструкций

Основным конструктивным материалом в строительстве является сборный железобетон с высокими качественными показателями, применение которого способствуе...

Изготовление различных железоб…

Изготовление различных железобетонных изделий с напряженной проволочной арматурой

Изделие армируется проволочными пакетами (струнопакетами), которые изготовляют на специальной установке, смонтированной около стенда. Производительнос...

Вопрос дня

Пользуетесь ли Вы эко-продукцией?

Наш Twitter